Грустные цитаты — цитаты, высказывания и афоризмы

Раз к Смерти я не шла — она

Ко мне явилась в дом -

В её коляску сели мы

С Бессмертием втроем.

Мы тихо ехали — Ей путь

Не к спеху был, а я

Равно свой труд и свой досуг

Ей в жертву принесла...

Because I could not stop for Death -

He kindly stopped for me -

The Carriage held but just Ourselves -

And Immortality.

We slowly drove — He knew no haste

And I had put away

My labor and my leisure too,

For His Civility...
Когда умирают родители, мы всегда чувствуем себя уязвимыми, не только потому, что мы имеем дело с потерей, но и потому, что мы сталкиваемся с нашей собственной смертностью. Когда мы становимся сиротами, больше нет никого, кто бы отделял нас от могилы.
Это звучит парадоксально, но мы сильнее печалимся не о потере тех, с кем у нас были наполненные отношения, а о потере тех, в отношениях с кем было много неудовлетворенности и незавершенных дел.
И потому, что я не остановилась для смерти,

Она любезно остановилась для меня;

В экипаже были только мы

И бессмертие.

Мы медленно катились,

Мы не знали спешки,

И я оставила в сторону

Мой труд и мой досуг.

Ради её хороших манер.
Умирание -

Это искусство, как и всё остальное.

Я делаю это блестяще.

Я делаю это, отдавая себя на заклание.

Я делаю это по-настоящему.

Можно сказать, у меня призвание.
Как стыдно стариться -

Не знаю почему,

Ведь я зарока не давала

Не уходить в ночную тьму,

Не ускользать во мрак подвала,

Себе сединами светя,

Я и себе не обещала,

Что буду вечное дитя.

Но всё ж неловко мне невольно,

Всем увяданье очевидно.

Я знаю — почему так больно,

Но почему так стыдно, стыдно?
Школьная наука часто преподается в сухой и неинтересной форме. Дети учатся механически запоминать, чтобы сдать экзамен, и не видят связи науки с окружающим миром.
У моей души либо ноги натёрты, либо сломаны, либо отвалились.
Ей вдруг захотелось сунуть голову в воду и уйти вместе с сыном. Кому есть дело до того, что с ней будет? Дитер даже не позаботился узнать о ее печальной судьбе. Плам злится. Дяде Джеральду плевать. Ни у кого не найдется для нее доброго слова. Опять она одна. Представлена самой себе. Ничего нового.
Тридцать четыре, тридцать пять…

Мост гудел, жадно проглатывая ветер стальными толстыми прутьями. Окаменевшие пальцы впились в холодную перекладину за спиной. Под ногами хрустнул песок, солью посыпался в бурлящую реку.

Тридцать шесть, тридцать семь…

Какая мысль будет последней? Никакая. Голова пуста, будто вынули мозг, оставив лишь: «Должна, должна, должна».
Потерять того, кого любил

означает отоспать кошмарный сон до конца:

зябнуть от холода до самой смерти.