Закон

Закон должен быть краток, чтобы его легко могли запомнить и люди несведущие.
Законы и установления должны идти рука об руку с прогрессом человеческой души.
Благо народа — вот высший закон.
Полагаться на законы и к тому же понимать их положения — только так можно добиться согласия.
Кто для других законы составляет, Пусть те законы первым соблюдает.
Крайняя строгость закона — крайняя несправедливость.
Многочисленность законов в государстве есть то же, что большее число лекарей: признак болезни и бессилия.
Законы подобны паутине: если в них попадется бессильный и легкий, они выдержат, если большой — он разорвет их и вырвется.
Наряду с законами государственными есть еще законы совести, восполняющие упущения законодательства.
Мудрый законодатель начинает не с издания законов, а с изучения их пригодности для данного общества.
Знание законов заключается не в том, чтобы помнить их слова, а в том, чтобы постигать их смысл.
Знать законы — значит воспринять не их слова, но их содержание и значение.
Законы пишутся для обыкновенных людей, потому они должны основываться на обыкновенных правилах здравого смысла.
Хорошие законы могут исправить заблуждения в душе, счастливо рожденной и невоспитанной, но они не могут добродетелью оплодотворить худое сердце.
Нет человека, стоящего выше или ниже закона; и мы не должны спрашивать у человека разрешения на то, чтобы потребовать от него подчиняться закону. Подчинение закону требуется по праву, а не выпрашивается, как милость.
Есть два рода законов: один — безусловной справедливости и всеобщего значения, другие же — нелепые, обязанные своим признанием лишь слепоте людей или силе обстоятельств. Того, кто повинен в их нарушении, они покрывают лишь мимолетным бесчестьем — бесчестьем, которое со временем падает на судей и на народы, и падает навсегда. Кто ныне опозорен — Сократ или судья, заставивший его выпить цикуту?
Законы для того и даны, чтобы урезать власть сильнейшего.
Законы, которые во время мира изданы, большей частью отменяет война, а которые изданы во время войны, отменяет мир.
Нет такого закона, который удовлетворял бы всех.
Некоторые неписаные законы тверже всех писаных.
Законы нужны, чтобы страхом перед ними человеческая дерзость обузда-лась и чтобы спокойно существовала между негодными невинность.
Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы.
Закон, воплощая в себе величественную идею равноправия, запрещает спать под мостом, располагаться на ночлег на улице и красть хлеб одинаково всем людям — богатым так же, как и бедным.
Судья — это говорящий закон, а закон — это немой судья.
Что значат законы без нравов, что значат нравы без веры?
Надлежит законы и указы писать явно, чтоб их не перетолковать. Правды в людях мало, а коварства много. Под них такие же подкопы чинят, как и под фортецию.
Крайнее соблюдение законности может оказаться крайним беззаконием.
Высшая законность — это высшее беззаконие.
Ничто так плохо не знаем, как то, что каждый должен знать: закон.
Жестокость законов препятствует их соблюдению.