Бог и Религия

Богам — почет, родителям — честь.
Религия — болезнь души.
Сомневаться в Боге - значит верить в него.
За вероломство и нравственную испорченность боги бессмертные обыкновенно сердятся и гневаются на людей.
Мы — послушные куклы в руках у Творца!
Это сказано мною не ради словца.
Нас по сцене Всевышний на ниточках водит
И пихает в сундук, доводя до конца.
Религия без власти погибнет, а власть без религии перестанет действовать.
Установление власти императоров, царей и князей есть установление человеческое. Власть соборов, синодов, епископов и пресвитеров есть установление человеческое. Учительство же Пророков, включая в число их Моисея и апостолов, есть установление божественное и коренится в глубочайшем существе религии; если Ангел с неба будет проповедовать другое благовествование, чем открыли эти посланники Божий, «то анафема да будет».
Бог рад нечетному числу.
С религией получается то же, что с азартной игрой: начавши дураком, кончишь плутом.
Ты, всевышний, по-моему, жаден и стар. Ты наносишь рабу за ударом удар. Рай - награда безгрешным за их послушанье. Дал бы что-нибудь мне не в награду, а в дар!
Бог творит все как хочет, а человек - как может.
Пусть бог не вмешивается.
Отчего всемогущий творец наших тел Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны - зачем умираем? Если несовершенны - то кто бракодел?
Всё находится во власти богов; мудрецы — друзья богов; но у друзей все общее; следовательно, все на свете принадлежит мудрецам.
В лице своих богов человек рисует свой собственный портрет.
Как только религия приобретает господство, ее противниками становятся все те, кто были ее первыми последователями.
Любовь ранит даже богов.
В божий храм не пускайте меня на порог. Я — безбожник. Таким сотворил меня Бог. Я подобен блуднице, чья вера — порок. Рады б грешники в рай — да не знают дорог.
У кого чаще всех Господь на языке, у того черт на сердце.
Служители Церкви очень часто позволяли народам с оружием в руках защищать дело Божье, но они никогда не допускали бунта против реального зла и очевидного насилия.
Бог скорее простит удавившегося, чем погибшего ради тщеславия.
Некий шутник правильно заметил, что «истинная религия всегда та, на чьей стороне государь и палач».
Что может быть лучше для человека, чем бедность? Я говорю, не р нищете или безнадежном труде современного пролетария. Но я не знаю, что может быть лучше бедности в сочетании с деятельным отдыхом.
Богаче всех богатых и славнее всех славных тот, кто живет в вере Христовой и творит дела, угодные Господу.
Если бы в этом мире не было зла, человек иикогда не помышлял бад о божестве.
Религии, подобно хамелеонам, окрашиваются в цвет почвы, на которой они живут.
Религия есть лишь иллюзорное солнце, движущееся вокруг человека до тех пор, пока он не начинает двигаться вокруг себя самого.
Нельзя обожествлять бесов.
Невежество — первая предпосылка веры, и поэтому Церковь так. высоко его ценит.
Религия есть — или по крайней мере притязает быть —, художницей спасения, и дело ее — спасать. От чего же спасает нас религия? Она спасает нас от нас, — спасает наш внутренний мир от таящегося в нем хаоса. Она одолевает гиену, которая в нас и языки которой, прорываясь сквозь трещины души, лижут сознание. Она улаживает душу, а водворяя мир в душе, она умиротворяет и целое общество, и всю природу.