Сенека

Совершенство духа нельзя ни взять взаймы, ни ку­пить, а если бы оно и продавалось, все равно, я думаю, не нашлось бы покупателя.
Великих мужей рождают не матери, а Плутархи.
Что такое смерть? Либо конец, либо переселенье. Я не боюсь перестать быть — ведь это все равно что не быть совсем; я не боюсь переселяться — ведь нигде не буду я в такой тесноте.
Время и до нас, и после нас не наше. Ты заброшен в одну точку; растягивай ее — но до каких пор?
Сколько бы мы ни старались, жизнь бежит быстрее нас, а если мы еще медлим, она проносится, словно и не была нашей, и, хотя кончается в последний день, уходит от нас ежедневно.
Лучшее лекарство против гнева — отсрочка.
Все мы, хотим того или нет, — участники огромной лотереи несчастий.
Каждый несчастен настолько, насколько полагает себя несчастным.
Малая печаль красноречива, великая безмолвна.
Плоды для нас вкуснее всего, когда они на исходе; дети красивей всего, когда кончается детство.
Умрешь ты не потому, что хвораешь, а потому, что живешь.
Жизнь — вещь грубая. Ты вышел в долгий путь, — значит, где-нибудь и поскользнешься, и получишь пи­нок, и упадешь, и устанешь, и воскликнешь «умереть бы!» — и, стало быть, солжешь.
В одном не вправе мы жаловаться на жизнь: она никого не держит.
Где мы будем после кончины? Там же, где покоят­ся нерожденные.
Передышками нельзя пренебрегать: тяжелоболь­ным временное улучшение заменяет здоровье.
Не та красива, у которой хвалят руку или ногу, а та, у кого весь облик не позволит восхищаться отдельны­ми чертами.
Лекарство: вещество, которое, будучи введено в крысу, дает научный отчет или статью.
Одной молитвой опровергаем другую. Желания у нас в разладе с желаниями.
Чем несправедливее наша ненависть, тем она упор­нее.
Все, в чем мы нуждаемся, или стоит дешево, или ничего не стоит.
Необходимое не приедается.
В чтении, как и во всем, мы страдаем неумереннос­тью; и учимся для школы, а не для жизни.
Кто ни на что не надеется, никогда не отчаивается.
Нам нужен кто-нибудь, по чьему образцу склады­вался бы наш нрав. Ведь криво проведенную черту ис­правишь только по линейке.
Все меня прощают, никто не помогает.
Пока смерть подвластна нам, мы никому не под­властны.
«Размышляй о смерти!» — Кто говорит так, тот велит нам размышлять о свободе. Кто научился смер­ти, тот разучился быть рабом. Он выше всякой власти и уж наверное вне всякой власти.
Жизнь любого занята завтрашним днем. Люди не живут, а собираются жить.
Смерть мы видим впереди; а большая часть ее у нас за плечами, — ведь сколько лет жизни минуло, все принадлежит смерти.
Никто не умирает не в свой срок. Своего времени ты не потеряешь: ведь что ты оставляешь после себя, то не твое.