Когда люди говорят, что никто не виноват, они думают другое. Они думают, что виноват ты! Ничья вина — это ураганы, землетрясения, торнадо, стихии! Но при распаде брака, кто-то обязательно виноват!

Я всегда считал, что бы у нас ни происходило, как бы мы друг на друга ни обижались, но едва наши ноги соприкоснутся под одеялом, даже случайно, лишь слегка — это сигнал для нас, что мир уже заключен, что всё у нас будет хорошо, и мы по-прежнему «вместе».

— Для счастья в браке надо понять главное противоречие между нами.
— Какое?
— Для него секс — уже примирение. А для неё секс невозможен, если они не помирились.
— Почему так?
— Дело в различии между пенисом и вагиной. Пенис — это поршень, боевой таран, если угодно. Гнев тарану не помеха. Иногда это даже помогает. Этакий «брутальный подход». А вагина... вагина должна расслабиться, чтобы раскрыться и впустить. Нельзя же быть гостеприимной хозяйкой, когда ты в гневе.

— Так что у тебя с Шарлин?
— Вчера у нас была волшебная ночь.
— И ты по-прежнему утверждаешь, что не изменяешь жене?
— Я уверен в этом, искренне, всей душой. Секс через Интернет не измена.
— То есть, как это? 3 часа ночи, жена и дети спят наверху, а ты внизу трахаешь тёлку в киберпространстве.
— Во-первых, мы не трахаемся. Мы печатаем на клавиатуре. Во-вторых, и тут ты меня обидел... Шарлин не какая-то там тёлка. Она — биржевой брокер Ральф, притворяющийся какой-то там тёлкой по имени Шарлин.

— Если это тебя успокаивает, то мне тоже немного страшно.
— Нет, это меня совсем не успокаивает.
— А я думал, это то, о чём мечтают женщины.
— О чём?
— О мужчине, который не боится плакать и проявлять свои слабости.
— Да, но не тогда, когда за ними гонятся пираты… тогда они любят крутых вооруженных мужиков.

Категория

— Я хотела подать сигнал тому самолету...
— Тому самолету?! Это коммерческий лайнер, он летит на высоте пять тысяч миль со скоростью шестьсот миль в час! Оттуда даже ядерный взрыв не разглядишь...
— А откуда, черт возьми, мне было это знать?! Ты бы мне это сказал, если бы вчера не напился до состояния комы!
— Знаешь, что ты натворила? Ты взяла наш единственный шанс и спустила его в унитаз.